Как стать сказочником и написать книгу

Хорошая книга – это не про премии и высокие оценки критиков, а про радость и удовольствие. Особенно, если книжка для детей. Да и для взрослых важно, чтобы книга была увлекательной, интересной и захватывающей. И обязательно полезной.
Специально к 3 февраля, когда отмечается Всемирный день писателя, мы подготовили интервью с человеком, который пишет добрые книжки – с Валентином Постниковым, детским писателем, членом Союза писателей России. Валентин продолжил семейную традицию и стал сказочником, ведь он вырос в семье знаменитого советского писателя Юрия Дружкова, сочинившего «Приключения Карандаша и Самоделкина».

Валентин, расскажите, пожалуйста, с чего началось Ваше творчество? Откуда это пришло – желание писать?

ВП: Когда я был маленький, вся моя жизнь была окружена детскими писателями, поэтами, художниками. У нас был очень гостеприимный дом, и в гости к моему папе постоянно приходили известные детские писатели: Эдуард Успенский, автор «Чебурашки», Григорий Остер, Корней Чуковский и многие другие. Когда мне было три года, к нам в гости приезжала Астрид Линдгрен. Я рос в окружении писателей, художников. Это и наложило отпечаток. Помимо этого, я сам начал сочинять с ранних лет. В пять лет я сочинил сказку «Тигренок на подсолнухе» и нарисовал. Потом по этой сказке сняли мультфильм «Тигренок на подсолнухе». Ведь было много примеров, когда вырастали потомственные врачи, военные, инженеры, учителя. И я подумал, почему бы не стать потомственным сказочником…

Получается, династия сказочников… Но Вы жили в творческой среде, впитывали ее. И все-таки как Вы учились сочинять?

ВП: Вы знаете, я мечтал быть юристом, и с детства всем говорил, что обязательно стану сыщиком. Пошел в юридический институт. Но при этом уже начал сочинять рассказы. И всех буквально мучил этим: собирал друзей и знакомых, насильно усаживал и заставлял слушать мои рассказы. Я вдруг поймал этот кайф, удовольствие: когда ты что-то пишешь, читаешь, а людям это нравится. Буквально на первом курсе института я понял, что промахнулся с профессией, что юриспруденция – это не мое.
Но мама тогда сказала, что надо доучиться, получить высшее образование. Поэтому я на шесть лет остался в институте.

Но тем не менее продолжали сочинять. Как Вы считаете, к писательству нужен талант или этому можно научиться?

ВП: Когда я написал свою первую книжку, это был 21 год назад, мне казалось, что я очень хорошо ее написал. Как все начинающие писатели, я был в полном восторге от себя. Мне казалось, что я написал совершенно гениальную книжку, сейчас все прочитают и поймут, как это замечательно. Но через какое-то количество лет я понял, что первая моя книжка была чудовищной, ужасной, и вторая и третья… И когда я недавно переиздавал эти книжки, то полностью переписывал. Потому что даже если предположить, что у человека есть талант, все равно нужно мастерство. Мастерство необходимо в любой профессии.
Знаете, в России есть Литинститут, в котором я тоже учился. Но ни в одной стране мира нет литературных институтов. Так как считается, что писательству невозможно научить. Научиться писать – именно НАУЧИТЬСЯ – мне кажется, невозможно. Но если есть талант, его также надо развивать.
Можно сравнить с художниками. Родился Ван Гог, гениальный художник, но все равно он учился, постоянно развивался. Он рисовал, рисовал бесконечно. Ходил на выставки, общался с другими художниками…
И я до сих пор учусь. Например, читаю детские книжки в огромном количестве. Учиться надо постоянно.

Прекрасное замечание – учиться надо постоянно. Это относится и к умению пользоваться русским языком, не так ли? Ведь такое умение – основа для успешного написания любого текста. Особенно если это касается целого произведения, книги. Насколько критична грамотность в данном случае? Ведь для корректировки текста есть специалисты – редакторы, корректоры…

ВП: У меня, к сожалению, всегда было плохо с русским языком. Когда я был ребенком, я этого не понимал. Моя учительница по русскому языку всегда удивлялась: «Валентин, у тебя по русскому двойки, при этом ты в классе читаешь больше всех. У меня всегда было так: все двоечники не читают книг, а все отличники читают много. А ты читаешь больше всех в классе…». И я действительно очень много читал.
Я ходил на курсы, занимался с преподавателем – что только я ни делал, чтобы писать грамотно. И в какой-то момент мне сказали одну простую вещь: есть люди, у которых врожденная грамотность. Они, не зная правил, пишут грамотно, а почему они так написали – сказать не могут. Есть такой термин – врожденная грамотность. Как слух – либо есть, либо нет. К сожалению, мне это не дано. Я всегда очень долго и тщательно правлю себя, редактирую. И все равно, по прошествии многих лет, делаю ошибки. Но если бы вернуть назад школу, я бы к предмету по русскому языку отнесся наиболее внимательно.
Кстати, очень часто бывает, что корректоры пропускают какие-то ошибки, которые потом я вылавливаю. Моя мама работала редакторам в издательстве «Малыш» 30 лет. И она говорила, что у них каждая книжка проходила многоэтапную проверку – вычитку. Вначале редактор тщательным образом вычитывал все ошибки, затем корректоры – младший, старший, после – главный редактор. Потом книгу обязательно прочитывал научный консультант, а позже – художественный редактор. Для чего это делалось? Чтобы ребенок, который читает книжку, не дай бог, не прочитал «кАрова», потому что в книжке так написано. Делается именно для того, чтобы дети на книжках воспитывались, росли.

Приведу простой пример. Недавно вышла моя книжка «Сказки про Карандаша и Самоделкина», и там Карандаш и Самоделкин в зоопарке. Я написал: «Вот белые медведи, они живут на Южном полюсе, в Антарктиде». В принципе я мог такую ошибку допустить. Хотя прекрасно знаю, что белые медведи живут на Северном полюсе. Но ошибиться я мог. Случайно. И все-таки думаю, что это не моя ошибка, а редакторская. Потом пишут мне родители: «Валентин, зачем Вы написали, что белые медведи живут на Южном полюсе, допустили такую ошибку. А мы детям вынуждены объяснять…». Я тогда так удивился: не мог я такого написать. Ведь знаю, что на Северном полюсе белые медведи, на Южном – пингвины. Потом проверяю: в книжке действительно указан Южный полюс. Раньше, в советские времена, такую ошибку бы не допустили.
Сейчас, к сожалению, на корректорах и редакторах издательства экономят. Им кажется, что это не очень важно. Ну, подумаешь, медведи с Южного полюса…
А это все важно. Потому что у ребенка сразу возникают вопросы. Если в книжке написано «кАрова», значит, «кАрова». А потом мама скажет: «Нет, кОрова». А ребенок ответит: «Нет, мама, я в книжке прочитал…». Доверяют книжке. Если это напечатано, то как будто топором вырублено. В детской литературе мелочей не бывает. Каждое слово, каждый перенос, каждая запятая – все должно быть грамотно, четко.

В последнее время наблюдается тенденция – активно развиваются площадки, где любой желающий может опубликовать свой опус. Все больше и больше людей хотят написать собственную книгу. Хотя большинство из этих произведений так и остается невостребованными. Почему так?

ВП: Да, многие хотят сочинять. Потому что им кажется, что это здорово, легко и интересно, сплошные радости. Но это не так, к сожалению. Простой пример. У меня есть племянница, которая живет в Лондоне. Она написала очень хорошую книжку. Я когда прочитал – потенциальный бестселлер. Такого высокого уровня книга. Книга для подростков. На уровне «Гарри Поттера».
Племянница долгое время не могла издать книжку. Потому что в Европе или в Америке книги так не издают: писатели сами в издательства не приходят. В издательство книжки предлагают только литературные агенты, которые получают в день более 100 писем с предложением напечатать книжку. Пишут бабушки, дети, школьники, студенты, домохозяйки… Выловить в этом море писем стоящую вещь очень сложно.
Моя племянница послала в огромное количество литературных агентств свою книжку, и она затерялась в огромной массе других писем: агенты даже не читают письма, которые получают кипами. Но чтобы литературный агент обратил внимание на чудо-книжку, надо, чтобы ему кто-то ее посоветовал. И желательно какой-нибудь известный писатель.

Кстати, среди тех, кто пишет, есть действительно талантливые люди. Как моя племянница. Но не всегда очень хорошие и талантливые писатели могут пробиться. Джоан Роулинг, по-моему, послала в восемь или даже больше литературных агентств свою первую книжку про Гарри Поттера, и ей отказали. Причем категорически. И она загадала, что еще в пару мест отправит, и если там откажут, то больше она не будет пробовать. Очень многие начинающие писатели ломаются на этой стадии.
Моя племянница отправила в 80 литературных агентств свою рукопись. Сейчас ее напечатали в России. По-моему, она нашла вариант издательства и на Западе. Книга «Вундеркидз».

Мы выяснили: чтобы стать писателем, таланта недостаточно. Важны и постоянное развитие, и упорство, и целеустремленность. Но как стать хорошим писателем? Что надо делать, чему учиться? Как сделать, чтобы твою книгу читали?

ВП: К сожалению, на этот вопрос многие пытались ответить. Но однозначного ответа нет… Я очень часто покупаю детские книжки. Многие издательства издают переводные книжки: норвежские, финские, чешские, итальянские, испанские, немецкие. Эти книжки когда-то гремели: в Испании, Италии, Англии… А у нас они совершенно неизвестны. Очень часто беру такие книжки, начинаю читать – и оторваться невозможно. А бывает, невозможно читать. То ли перевод не тот, то ли сама книжка не та…
У меня один критерий: нравится или не нравится, легко читается или нет. Бывают книжки, которые берешь, и так легко они написаны… Есть такой финский писатель – Ханну Мякеля, который сочинил «Господин Ау»… Ее перевел на русский Эдуард Успенский. Ханну Мякеля сказал, что когда берешь хорошую книжку и начинаешь читать, это можно сравнить с тем, когда ты идешь по какой-нибудь загазованной трассе с машинами, воздух тяжелый – и вдруг ты заходишь в лес, и становится легко, дышится легко! Ты идешь по этому лесу и выходить из него не хочется – так тебе хорошо и легко. Также и с хорошей книжкой: читаешь – как будто дышишь свежим воздухом.

Получается, главный критерий – нравится или нет. Остальное не важно, верно?

ВП: Знаете, когда я детей спрашиваю, что главное в книжке, они пытаются так заумно отвечать: главное в книжке то-то и то-то… А я говорю – нет, ребята. Главное – это получить удовольствие.
Когда тебе говорят, что эту книжку надо прочесть, что ты обязан, ты должен – ты начинаешь ее читать, а все твое существо против. Ну не идет эта книжка. А с хорошей книгой наоборот – ждешь, когда дальше продолжишь читать. Поэтому основной критерий такой: книга должна быть в радость, в удовольствие.
Например, дети. Им абсолютно все равно, хорошая, по мнению критиков, книжка или плохая. Как раз тех писателей, которых очень хвалят критики, дети вообще не читают. Для них есть один критерий: интересно или нет.

То есть основной маркер – дети: если им нравится книга, значит, она хорошая?

ВП: Все критики считают по-другому. Они говорят: нельзя детям давать то, что им нравится. Например, детям нравится сладкое. Если им дать выбор, что есть – котлеты, суп, овощи или конфеты и шоколад, – то дети будут есть с утра до вечера только шоколад. Так нельзя, говорят критики.
Возможно, соглашусь с ними, но только по отношению к еде. А по отношению к литературе – нет. Сегодня дети читать не любят. Больше всего времени они проводят за гаджетами. Их невозможно оторвать от компьютеров, мобильных телефонов. Если ребенок читает книгу, а вы будете говорить – не читай, это плохая книжка (плохая, по мнению критиков – прим.ред.), то он бросит читать. Но если ребенок полюбит читать, будет получать удовольствие от процесса – он прочитает и те книжки, и другие. Разные. Главное, пусть читает!

Да, это очень хорошо, когда ребенок заинтересован чтением. Валентин, а если говорить про детей, увлеченных Вашими книжками, расскажите, как Вы с ними общаетесь? Были ли интересные случаи?

ВП: Один раз мне позвонил мальчик и сказал:
– Здравствуйте, Вы Валентин Постников?
– Да.
– Скажите, пожалуйста, а Карандаш и Самоделкин по-настоящему живут, или Вы их придумали?
– Да, конечно, настоящие, – сказал я, подумав, что не буду огорчать ребенка.
А он маме:
– Вот видишь, мама, писатель говорит, что они по-настоящему живут. А ты «придуманный, придуманный»…
И так меня тихо спрашивает:
– Где они живут? Вы мне адрес их не можете подсказать?
– Тебе зачем?
– Я хочу сбежать из дома. Дома все злые, мама меня ругает, заставляет есть манную кашу, зубы чистить. Самое главное, она меня заставляет уроки учить. И в школе все злые, заставляют сидеть и учить математику. Я хочу сбежать. Карандаш и Самоделкин добрые, они не будут меня ругать, я буду с ними жить…
– Ты знаешь, миленький, – говорю, – они существуют на самом деле, но я их адрес точно не знаю.
– Ну как вы можете не знать?! Вы же писатель!
– Они мне по телефону звонят и рассказывают про свои приключения, а я просто записываю. Вот отправились на Луну, прилетели, вернулись, позвонили мне и все подробно рассказали.
– Я Вас очень прошу, в следующий раз, когда они позвонят, узнайте у них точный адрес. Я коплю деньги, как только узнаю, где они живут, сбегу из дома…

Замечательные у Вас читатели ☺. Валентин, в качестве завершения, пожалуйста, поделитесь парой рекомендаций, как быть грамотным, хорошо писать, правильно говорить – то есть успешно пользоваться русским языком.

ВП: Больше читать. Это первое. Второе. Не просто читать. Если есть любимый писатель – читать его внимательно. Смотреть, как он пишет, как он владеет русским языком, как он обращается со словом. Это очень важно. Потому что когда ты наблюдаешь за своим любимым писателем посредством чтения его книг, ты видишь, как это здорово, когда человек умеет пользоваться русским языком.
Можно сравнить с художниками. У художника, который использует много красок, картина получается сочной, яркой. Когда у него три, четыре краски, то картина получается очень бледной. Так и с русским языком: чем богаче язык, чем больше словарный запас человека, тем он интереснее, лучше, увлекательнее. С таким человеком интересно жить, общаться.
Читайте своих любимых писателей и учитесь у них!

Фото: Ольга Горохова
© «ЖиШи»

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

ПОДЕЛИТЬСЯ